Самобытность англоавстралийцев

Немалую роль в становлении и развитии австралийского национального самосознания сыграло зарождение в 30-е годы XIX в. австралийского профессионального изобразительного искусства. В полотнах К. Мартенса, Дж. Гловера и других художников отображен местный колорит. В конце XIX в. на пятом континенте сформировалась собственная школа бытового жанра и пейзажа. Ее важнейшими представителями были Т. У. Роберте, А. Стритон, Ч. Кондер.

Рост культурно-бытовой самобытности англоавстралийцев способствовал росту их этнического самосознания. Если в первые десятилетия XX в. англоавстралийцы, оказавшиеся за рубежом, предпочитали называть себя британцами, то теперь они определяли себя как австралийцев. Таким образом, культурно-бытовая самобытность англоавстралийцев, а также их достаточно четкое этническое самосознание позволяют утверждать, что в настоящее время они представляют собой вполне сформировавшуюся нацию.

Конечно, англоавстралийцы еще молодая нация. Этим, вероятно, объясняется то, что отдельные элементы их культуры пока еще не приобрели достаточной зрелости. Так, до сих пор сравнительно слабо развиты некоторые виды австралийского театрального искусства, киноискусства. Нужно отметить, что тысячи нитей продолжают связывать аиглоавстралийцев с Великобританией, причем генетическая близость к населению этой страны, как правило, четко осознается и даже подчеркивается.

Возмужанию англоавстралийской нации, еще большей ее целостности должно способствовать наблюдающееся ныне сближение между различными этногенетическими, этноконфессиональными и региональными группами аиглоавстралийцев. К сожалению, этот процесс специально фактически совсем не изучается, поэтому его можно охарактеризовать лишь в самых общих чертах. Указанное сближение выражается прежде всего в том, что англоавстралийцы все реже публично упоминают о своем разном происхождении, а также в том, что продолжается их этнокультурная нивелировка. Характерна, в частности, эволюция организаций, объединяющих лиц общего происхождения. Например, упоминавшийся выше Каледонский союз превратился в капеллу волынщиков.

Судя по всему, происходит преодоление былой отчужденности между отдельными этноконфессиональными группами. Выше упоминалось, что еще во второй половине 10-х годов XX в. кое-кто ставил под сомнение принадлежность австралийцев-католиков к англоавстралийской нации. Теперь таких высказываний уже не услышишь. Особенно быстро сближаются между собой англоавстралийцы, придерживающиеся различных протестантских конфессий. Можно сказать, что в целом идет процесс постепенного превращения этноконфессиональных групп в чисто конфессиональные общности.

Наиболее быстро, пожалуй, сближаются региональные группы англоавстралийской нации (новоюжно-уэльсцы, викторианцы, квинслендцы, южноавстралийцы, западноавстралийцы, тасманийцы, североавстралийцы). Прежний антагонизм между жителями отдельных штатов сходит на нет. Отголоски былой взаимной неприязни существуют лишь между новоюжноуэльсцами и викторианцами. Преодоление отчужденности между различными региональными группами связано с расширением миграций между штатами. Сейчас в каждом штате живут уже довольно большие группы выходцев из других штатов. И все же значительные расстояния между отдельными частями Австралии и существенные различия в условиях жизни, связанные с климатическими особенностями, препятствуют унификации быта до такого уровня, какой достигнут в Англии и других европейских странах.